khmelev (khmelev) wrote,
khmelev
khmelev

Давно завидная мечтается мне доля - Давно, усталый раб, замыслил я побег

Все нейдет из головы смерть М.. И дело даже не в эмоциях и не в ощущениях крушения каких-то несущих конструкций, которые, в общем-то, давно перестал замечать за сумятицей жизни, а вот обрушились и все здание пошло ходуном. Дело скорее в типологии. За всем ужасом одинокой вольной смерти в тридцатиградусный мороз где-то в ельнике совершенно чужого леса, вдалеке от всего родного, с выпестованным в душе отчуждением и от близких, и от прошлой жизни, и от всего, всего… Вдруг совершенно четко осознаешь совершенную НЕУНИКАЛЬНОСТЬ такого развития событий. Мало того, их полную и совершенную обыденность, включенность в какой-то близкий, но вытесненный на периферию сознания круг.
http://www.ckop6b.narod.ru/ordanovskij.htm Почему-то думалось, что мало кто помнит этого человека. Посмотрел в сети, оказывается масса ссылок, воспоминаний и проч..
М. хоть нашли – на радость или на беду – а О. так и исчез бесследно. Вышел из дома то ли покурить, то ли просто продышаться и все. Никто больше никогда его не видел.
Или Дий. Сын Юрия Репина, внук Ильи Ефимовича. Тот просто встал на лыжи и ушел в лес. И тоже в поисках России или чего-то подобного. И больше о нем никогда не было никаких упоминаний. Ни финны его не видели, ни красные…

«Из дома вышел человек
С дубинкой и мешком
И в дальний путь,
И в дальний путь
Отправился пешком.

Он шел все прямо и вперед
И все вперед глядел.
Не спал, не пил,
Не пил, не спал,
Не спал, не пил, не ел.

И вот однажды на заре
Вошел он в темный лес.
И с той поры,
И с той поры,
И с той поры исчез.

Но если как-нибудь его
Случится встретить вам,
Тогда скорей,
Тогда скорей,
Скорей скажите нам.

История Хармса примерно о том же. Вышел и исчез. Вроде бы умер в тюремной больнице. А может и нет… Квартира № 50 из которой исчезают люди. Нехорошая квартира… 10 лет без права переписки…ушел и не вернулся … пропал без вести… сгинул
Какой-то странный получается лейтмотив, но списать все это на советскую власть и на позитивистский наклон репрессий и прочих мерзостей не получается, потому что совершенно тоже самое мы видим и перед революцией в судьбе какого-нибудь Александра Добролюбова, Леонида Семенова (конец его, правда, известен, но от этого не становится краше http://az.lib.ru/s/semenow_l_d/text_0020.shtml). Но и в жизнях других, вплоть до рафинированных и порочных – «Шабли во льду, поджаренную булку. И вишен спелых сладостный агат? Далек закат, и в море слышен гулко. Плеск тел, чей жар прохладе влаги рад» (Кузмин)числятся безвестные отлучки и долгие уходы. Даже самые размеренные думали в таких категориях о своей судьбе:
«Я из дому вышел, когда все спали,
Мой спутник скрывался у рва в кустах,
Наутро наверно меня искали,
Но было напрасно, мы шли в полях…

Кажется, ничего подобного нет на Западе.Исключений масса, но, как системы - нет. Куда бы ни бежали керуаковские герои,social security number все равно при них. Уж, как ни старался де Сент-Экзюпери улететь в никуда – так нашли и его, и летчика, который его уничтожил. В «Профессии - репортер» сознательно меняются документы, страны, жизни и все равно никуда не уйти ни от убийц, ни от полиции, ни от жены. И все становится известно. Самые яркие примеры эскапизма вроде Торо или Эмерсона с нашей точки зрения вызывают просто улыбку – каких-то пару километров от города. Все под рукой. В загашнике у литературного изгнанника Робинзона Крузо целый корабль с припасами, плюс гарантированный happy end. Даже святой Франциск в поисках спасения уходит куда-то совсем неподалеку, а стигматы получает тоже на соседней горе. Автор «Поля и Виргинии» в жизни банальный склочник и прощелыга, вроде Хинштейна
В России совсем все не так. Даже гламурная литература (с учетом эпохи) проходит под знаком босячества. В никуда, в степь уходит Арцыбашевский Санин. К старообрядцам убегает сотрудник Герцена Кельсиев. Собственно весь уход в народ, при всей утопической риторике, остается уходом в никуда, но лишь бы подальше от центра.
Из дома уходят и Лев Толстой и (якобы) Александр Первый, воскресая Федором Кузьмичом.
Беловодье, Белая Арапия, «Иное царство и его искатели в русской сказке»… Если взглянуть на русскую историю с этой точки зрения – эскапизма, бегства, исчезновения, ухода, уклонения, то она предстает каким-то единым центробежным усилием. Иногда проговоренным: «В Кремле не надо жить, Преображенец прав, Там зверства древнего живут микробы..», иногда прочувствованным «Петербургу быть пусту» http://az.lib.ru/m/merezhkowskij_d_s/text_0200.shtml и понятным даже иностранцу:
«У зодчих поговорка есть одна: Рим создан человеческой рукою, Венеция богами создана; Но каждый согласился бы со мною, Что Петербург построил сатана»
Любопытно, что их (нас) всех гонит?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 26 comments